УВЗ. Авиазавод № 381: Ленинград-Нижний Тагил-Москва

ОДИССЕЯ АВИАЗАВОДА № 381: ЛЕНИНГРАД – НИЖНИЙ ТАГИЛ – МОСКВА

В сборнике: Годы испытаний: Ленинград — Урал. Эвакуация и реэвакуация. Сборник научных статей по материалам IX Всероссийской научной конференции. Пермь, 2025. С. 60-65.

Мухин Михаил Юрьевич доктор ист. наук главный научный сотрудник Института российской истории РАН, Москва.

На начало 1941 г. авиазавод № 381 дислоцировался в Ленинграде и входил в число предприятий «бомбардировочного» главка наркомата авиапромышленности (НКАП). Хотя на весну того года данное предприятие считалось находившимся в процессе запуска производства, и окончательное завершение строительных работ по плану намечалось только на 1 января 1942 г.1, тем не менее, производственная программа завода предусматривала выпуск ещё в 1941 г. 300 штурмовиков Ил-2.

Уже на 1 января 1941 г. на предприятии было установлено 343 металлорежущих станка, а персонал предприятия составлял из 2506 сотрудников. Выпуск этого штурмовика на тот момент относился к числу наиболее приоритетных заданий НКАП, поэтому завод № 381 находился под особым вниманием наркомата. В частности, только на один этот завод в 1941 г. планировалось направить 6 % всех капитальных инвестиций, предназначенных для «истребительного» и «бомбардировочного» главков НКАП – это привело к существенному росту как станочного парка, так и численности персонала в первой половине года.

Ввиду того, что Ленинград оказался прифронтовым городом вскоре после начала войны, эвакуация ленинградских авиазаводов была начата уже летом 1941 года. 30 июня завод № 381 (с которым был слит авиазавод № 380) приступил к эвакуации в Нижний Тагил. Всего в ходе эвакуации завода было вывезено 1188 станков и 8171 человек персонала предприятия (члены семей сотрудников завода эвакуировались отдельно и позже). Станочный парк вывозился до 15 июня, персонал завершил эвакуацию 1 августа.

Важно отметить, что, как и другие эвакуируемые предприятия НКАП, производственная программа завода № 381 в свете эвакуационных мероприятий не подверглась никакой корректировке – так или иначе назначенный план авиавыпуска должен был быть выполнен2.

На Урале завод был дислоцирован на территории Уральского вагонного завода (УВЗ), и уже 15–25 августа основные цеха авиазавода № 381 поэтапно вступили в работу.

Важно отметить, что наряду со станками и прочим оборудованием, из Ленинграда заводчане вывезли существенный «задел» (отдельные агрегаты, узлы и детали), позволивший обеспечить критически важными элементами сборку около 70 штурмовиков. В результате первый Ил-2 удалось сдать военприёмке 26 августа3. Всего в 1941 г. завод выпустил 27 самолётов, а в 1942 – 243 штурмовика4.

Перед заводом была поставлена задача – выйти к маю 1942 г. на уровень производства 7 штурмовиков ежесуточно. Однако обеспечить столь высокий темп производства, ютясь на тех производственных площадках, которые смог выделить УВЗ, было невозможно – срочно требовалось возводить новые производственные цеха. К сожалению, IV трест Главного управления капитального строительства (ГУКС) оказался не в силах выполнить возложенные на него задания.

Руководство ГУКС ссылалось на нехватку рабочей силы – в частности, 16–20 августа из запланированных для строительства новых производственных корпусов завода № 381 из 1538 рабочих, фактически работало лишь 566 строителей. Однако, когда дирекция завода № 381 направила на стройку дополнительно 1600 сотрудников предприятия, IV трест ГУКС оказался не в состоянии обеспечить дополнительную рабочую силу фронтом работ. Дирекция завода сигнализировала в наркомат, что корень проблем, очевидно, кроется скорее в нераспорядительности руководства треста, нежели в нехватке рабочей силы, но практических результатов от этих сигналов долгое время не было5.

Наконец, руководство НКАП, понимая ненормальность сложившейся ситуации, приказал ГУКС не позднее 10 ноября 1941 г. направить в Нижний Тагил дополнительно не менее 1500 квалифицированных рабочих-строителей, с тем, чтобы обеспечить «лимит количества рабочих на строительстве завода № 381 не менее 3000 чел.»6. К сожалению, как показали последующие события, и это предписание не позволило решить проблему кардинально.

Следует учитывать, что, кроме нехватки производственных помещений, у завода № 381 в Нижнем Тагиле была и ещё одна крайне острая проблема – условия проживания и снабжения как сотрудников завода, так и членов их семей, были крайне тяжелы, и порой ставили людей в поистине невыносимые условия. По отзывам заводчан, с питанием и медицинским обслуживанием дела обстояли «из рук вон плохо»7.

Хотя бы до некоторой степени ситуацию со снабжением продовольствием удалось решить после передачи заводу в качестве подсобного хозяйства совхоза «Нижнетагильский» из ведения наркомата совхозов РСФСР8.

Однако наиболее тяжелая ситуация сложилась с обеспечением заводчан жильём. Даже если абстрагироваться от необходимости обеспечить «крышу над головой» для родных и близких сотрудников предприятия, на 8170 человек персонала завода удалось изыскать жильё лишь, по большей части, на расстоянии десятков километров от предприятия: В «Соцгородке» (в пределах Нижнего Тагила, близь завода) – 2900 чел.;
В Нижнем Тагиле (12 км. от завода) – 2700 чел.;
В селе Лая (20 км. от завода) – 750 чел.;
В посёлке Сан-Донато (30 км. от завода) – 800 чел.;
В посёлке Шайтанка (35 км. от завода) – 300 чел.;
В посёлке Самса (20 км. от завода) – 721 чел.9

Причём, как правило, эту дистанцию (на рабочее место и обратно) рабочие должны были преодолевать пешком. Что же касается членов семей, то тут ситуация была ещё хуже. В результате, даже в условиях военного времени, с завода начался отток рабочих и служащих, и на I квартал 1943 г. численность персонала сократилась до 7930 человек10.

Очевидно, к этому моменту руководство НКАП отказалось от попыток разрешить нараставший ком проблем предприятия при условии сохранения его дислокации в Нижнем Тагиле. Кроме того, к этому моменту линия фронта уже достаточно далеко отодвинулась от Москвы, поэтому судьба столичного промышленного узла более не вызывала беспокойства. С учётом этих обстоятельств, весной 1943 г. было принято решение о реэвакуации завода № 381 в Москву, в цеха эвакуированного в Иркутск авиазавода № 39 11.

В ходе реэвакуации профиль завода был изменён – на предприятии был свёрнут выпуск штурмовиков Ил-2, и освоено производство истребителей Ла-5 (позднее – Ла-7). Ещё позже – летом 1945 г. – тут началась сборка первых советских истребителей нового поколения: И-250 (с воздушнореактивным двигателем компрессорного типа конструкции Холщевникова)12 и Ла-150 (с жидкостным реактивным двигателем ЮМО-004)13.

Однако к «уральской» истории завода эти события уже не относятся…

__________________

1. РГАЭ. Ф.8044. Оп.1. Д.673. Л.Л. 111-114.
2. Подробнее о порядке эвакуации авиазаводов см. Мухин М.Ю. Советская авиапромышленность в годы Великой Отечественной войны. М., 2011. С.С.74-76.
3. РГАЭ. Ф.8044. Оп.1. Д.4191. Л.26.
4. Там же, Д.2808. Л.27об.
5. Там же, Д. 4191. Л.28.
6. Там же, Л.18.
7. Там же, Л.29.
8. Там же, Л.19.
9. Там же, Л.28
10. Там же, Д.3263. Л.117.
11. Там же, Д.2826. Л.11-20
12. Подробнее об этом см.: Мухин М.Ю. Поколение «0». Научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы СССР в области реактивной авиации в годы Великой Отечественной войны. М., 2019
13. ЦА МО. Ф.35. Оп.11287. Д. 3309. Л.52.